Новости «Нефтяника»

Иван Кульбаков: «Было предложение от клуба КХЛ, я выбрал «Нефтяник»

23-летний белорусский вратарь Иван Кульбаков провёл предыдущие два сезона в АХЛ, а летом получил предложение от клуба КХЛ, но выбрал альметьевский «Нефтяник». Как признаётся сам Иван – чтобы иметь хорошую игровую практику. За океаном Кульбаков отражал броски Артемия Панарина, а вот в выставочном матче не справился с броском Владимира Тарасенко в овертайме.

В интервью «БИЗНЕС Online» Кульбаков рассказал о жизни и игре в Америке, специфике работы заокеанских тренеров и белорусском хоккее.


«В ЛАГЕРЕ «КОЛАМБУСА» ПОЗНАКОМИЛСЯ С ПАНАРИНЫМ И БОБРОВСКИМ»

– Иван, вы два сезона провели в АХЛ. Что это за лига, можно ли её сравнить с ВХЛ?

– Уровень разный, трудно сравнивать. В АХЛ площадки поменьше и ребята помоложе, побыстрее. Все стараются пробиться в НХЛ, поэтому носятся. ВХЛ сильно отличается по тактике. Здесь больше оборонительный хоккей, в АХЛ он более открытый, больше моментов два в один, один в ноль, больше голевых моментов.

– Бросков тоже больше?

– Игра на игру не приходится. И там бывает мало бросков, каждый раз по-разному. Точки, откуда бросают, тоже отличаются, это из-за размеров площадки. На маленьких площадках решения приходится принимать быстрее.

– К вам в команду спускали кого-нибудь из НХЛ?

– Конечно, это нормальная рабочая схема. В том году, например, «Каролина» спускала Скотта Дарлинга, у которого есть Кубок Стэнли. Есть много игроков с хорошими контрактами, которых могут отправить из НХЛ в АХЛ. От этого никто не застрахован.

– С кем из звёзд удалось пообщаться с за океаном?

– У меня была возможность пообщаться с Артемием Панариным и Сергеем Бобровским, когда был в лагере «Коламбуса». Они простые ребята, хорошо общаются, приветливые. Панарин и правда такой жизнерадостный открытый человек, это не образ для инстаграма. Он помогал мне в тренировках, пару раз даже бил мне буллиты. Со временем мы с Артемием стали очень хорошими друзьями, я ходил к нему на ужин, расспрашивал о жизни.

– АХЛ называют автобусной лигой. Это до сих пор так?

– С прошлого сезона лигу разделили на четыре дивизиона, чтобы ближайшие команды играли между собой. Поэтому теперь все начали ездить на автобусах. Когда я только попал в АХЛ, все играли со всеми по кругу. Мы летали на самолёте, но было тяжелее – например, мы летали в Калифорнию, и играли серию: 9 матчей за 15 дней. Сейчас проще – ты играешь в своей группе, с «Сиракьюз» и «Бинхемтоном» у нас получалось по 8 игр за сезон. На самом деле это проще – играть без перелётов, потому что игр в сезоне очень много.

– Какие условия в клубах АХЛ?

– Зависит от команды, но условия очень хорошие. Всё, что нужно для игры, твоего развития и здоровья, есть. В этом нет никаких проблем – ни по форме, ни по медицине.

– То есть? даже лучше, чем в КХЛ, где у некоторых клубов нет возможности купить шнурки или ленту для клюшек...

– Про КХЛ не могу сказать, но в Америке проблем с лентой точно нет.


«В АЛЬМЕТЬЕВСКЕ СПРОСИЛИ, ПОЧЕМУ Я ПРИЕХАЛ С ИГРОВЫМ НАГРУДНИКОМ»

– Вам приходилось играть в форме, урезанной по стандартам НХЛ?

– Да, сейчас с этим там строго. К тебе приезжает специалист из НХЛ, замеряет всё твое тело, руки, ноги. Чтобы ты не мог заказать себе больший размер. Потом ты заказываешь форму. На заводе, у которого ты её заказал – Bauer, ССМ или VAUGHN – её шьют и отправляют в НХЛ, там снова всё проверяют и замеряют. И только потом твою подписанную экипировку отправляют тебе.

– Перед играми её как-то проверяют?

– Не всегда, но инспектор может её проверить. Таких случаев ещё не было, но точно будут большие проблемы, если форма окажется не в порядке.

– Новая форма меньше защищает по сравнению со старой?

– Если вы видели вратарские нагрудники, вы просто посмеётесь. Когда я приехал в Альметьевск, у меня спросили, почему я приехал с игровым нагрудником – как у полевых игроков? Сейчас я уже поменял нагрудник по стандартам ИИХФ. Стало не то что страшнее. Просто форма стала меньше. К ней нужно привыкнуть, ты ничего с этим не сделаешь. Это стандарт.

– Бобровский негативно высказывался об этой форме, ваш нынешний тренер Дмитрий Ячанов тоже от неё не в восторге.

– Я читал интервью Бобровского. Он правильно говорил, что в ней больнее. Я знаю, что он тренировался в нелегальном нагруднике, чтобы не получать синяки, а на игру выходил уже в разрешённом. Многие вратари так делали. Ты можешь спорить с этим, можешь не спорить, но ничего не сделаешь – как лига решила, так и будет. Травм не избежать, это будет всегда, это часть нашей работы.

– Новая форма добавила подвижности?

– Ты стал немного быстрее, потому что форма легче. Но при этом стал меньше в воротах. Может быть, вратари получили больше подвижности, но в то же время есть и минусы. Ворота стали более открытыми.

– Кроме нагрудника остальную форму тоже выберете по стандарту ИИХФ?

– Ну, да. Буду переходить на европейский стандарт, чтобы стать больше (смеётся).


«В АМЕРИКАНСКОЙ ЛИГЕ ТРЕНЕРЫ ВРАТАРЕЙ НЕ РАБОТАЮТ НА ПОЛНУЮ СТАВКУ»

– Вратарь Марк-Андре Флёри жаловался на нелегальный загиб Александра Овечкина, когда играл против него.

– А Мартин Бродо на его тёмный визор, который потом запретили. Якобы он не видел его глаза, и это мешало ему играть.

– Вратари, правда, смотрят на глаза нападающих?

– Ты смотришь на шайбу и на перо. Когда игрок начинает бросать, по положению пера видно чаще всего, куда полетит шайба – верхом или низом.

– Говорят, что в каждой команде КХЛ два-три игрока с нестандартными загибами, но это никому не интересно.

– Тут, по сути говоря, и форму вратарскую никто не проверяет. Я считаю, что в такой большой лиге, как КХЛ, которая имеет приличный уровень, должна быть какая-то судейская бригада, которая будет проверять форму вратарей.

– У нас и о стандартных размерах площадки не могут договориться…

– Это важный момент, но и такого тоже не должно быть, что, к примеру, вратарь ростом метр восемьдесят пять, а у него нагрудник третий икс эль. Как это может быть?

– В ВХЛ все площадки одинаковые?

– Разные. Бывают даже совсем нестандартные. Мы играли в Ростове, там очень маленькая площадка. Как для фигурного катания.

– В АХЛ у вас был отдельный тренер?

– Там есть тренеры по вратарям, но они не работают на полную ставку. У них есть контракты, по которым они иногда приезжают: неделю работают, неделю дома. В АХЛ не так много тренировок. В неделю бывает по три-четыре игры, большого смысла много тренироваться нет. Специалисты приезжают в тот промежуток времени, когда есть перерыв между сериями.

– Тренеры вратарей работают по-другому?

– У каждого тренера есть своя методика, в которую он верит, пытается донести тебе и научить тому, что знает. У каждого тренера, с которым я работал, можно было почерпнуть что-то полезное.

– В Америке любят стандарты. У них нет какой-то обязательной программы?

– Нет. Ты с тренером приходишь к общему знаменателю – что тебе нужно поправить, что поможет в игре. И потом работаете над этим. Здесь, в «Нефтянике» всё то же самое. Мы общаемся, обсуждаем, как лучше будет сыграть в этой ситуации, как – в другой.

«В «ВАНКУВЕР» ПОЗВАЛ ЯН КЛАРК, КОТОРЫЙ РАБОТАЛ С БОБРОВСКИМ»

– Как вы перебрались за океан? Вы ведь не были задрафтованы...

– Нет, я не был на драфте. После молодёжного чемпионата мира я не хотел оставаться в Беларуси. Начали с агентом искать варианты и решили поехать поиграть в юниорскую лигу Северной Америки. Мне было уже 20 лет, и я шёл «по двойному тарифу»: и как возрастной игрок и как легионер. Я попробовал свои шансы и остался там.

– Вам легко дался переезд?

– Думаю, да. Была поддержка родных, и я был заинтересован узнать новое для себя. Было много желания и энергии что-то доказать.

– Язык быстро выучили?

– Нет. Очень долго не мог разговаривать. Сейчас я спокойно общаюсь на английском, но вначале было очень тяжело. Хорошо, что попалась хорошая семья, в которой я жил. Они помогали и парни из команды. Директор клуба хорошо относился ко мне, через месяц или два он нанял мне репетитора.

– Русскоговорящих не было в команде?

– Репетитор. Это была девушка из России, откуда-то с Дальнего Востока.

– Как вы пробились в АХЛ?

– В юниорской лиге я играл за «Янгстаун», команда играла в Огайо. После этого я поехал на просмотр в лагерь новичков «Коламбуса». Отыграл турнир, выиграл, и мне предложили контракт в АХЛ. Я остался в «Коламбусе». На следующий год у меня не было контракта, и я снова приехал в Коламбус на этот роки-турнир. Опять выиграл, и где-то через неделю со мной связался тренер по вратарям Ян Кларк, который работал с Бобровским. Он уходил из «Коламбуса» в «Ванкувер» и предложил мне перейти в систему «Ванкувера».

– Там вы играли за «Ютику»…

– Да. Команда находится в штате Нью-Йорк, Ютика от самого Нью-Йорка находится часах в четырёх. Это очень маленький городок. Да, «Ванкувер» – это канадский клуб, но содержать команду в Канаде очень дорого, там большие налоги. Все канадские команды, за исключением «Монреаля», «Торонто» и «Оттавы» имеют фарм-клубы в АХЛ на территории США.

– Получается, Ютика – это глухая деревня?

– Обыкновенный городок. Конечно, там нет ничего сверхъестественного, но, честно, для меня было неважно, большой город или маленький. Для меня была важна атмосфера в раздевалке. Кроме того, стадион там был всегда полный, на каждый матч приходило по 5 - 7 тысяч зрителей. Какой сам город – для меня было второстепенным. И так времени между играми не особенно много, чтобы где-то погулять. Если есть выходной, стараешься просто отдохнуть и ни о чём не думать, чтобы восстановиться. Было 5 дней на рождественские праздники и четыре дня во время Матча звёзд.

– И это все выходные за сезон?

– Нет, выходные бывают. Просто там система немного по-другому работает, не как в России. Если ты отыграл матч, то тренировка на следующий день по желанию. Тебе дают больше времени восстановиться. Кто-то может прийти покататься, кто-то – покрутить педали, но никто не заставляет. И так обычно и происходит в Америке. Если в сезоне много игр, то тренировки чаще всего по желанию.

– В России с этим были бы проблемы.

– Если ты профессионал, ты сам знаешь, что тебе нужно желать и как себя подготовить к играм, чтобы лучше сыграть. Если нужно, то тренируйся, но тебя никто не должен заставлять. Я считаю, что так должно быть везде. Так же и с предсезонкой. Я три года постоянно готовлюсь летом сам, в Америке нет таких предсезонных сборов, как в России, когда все собираются за два месяца до чемпионата. Там сам ищешь себе тренера, работаешь с ним, лёд тоже снимаешь сам.

– То есть, всё за свой счёт?

– Да. Летом я всегда работаю в Минске с тренером по ОФП. Лёд для тренировок снимаем с ребятами, которые тоже занимаются самостоятельно, тренируемся вместе.

«ЧАСТО ИГРОКОВ В ФАРМ-КЛУБАХ ПРОВЕРЯЮТ ПСИХОЛОГИЧЕСКИ: ПСИХАНЁТ ИЛИ НЕТ»

– В НХЛ шансов пробиться совсем не было?

– Я сыграл товарищескую игру с «Сент-Луисом». Третий период и всё. Это было, когда я выступал в «Коламбусе». Мы играли на выезде, счёт после двух периодов был 2:2. Мне сказали, будешь играть третий период. Я сказал, хорошо. Период сыграли 0:0, в овертайме пропустил от Тарасенко. Он бросил из-под защитника, и игра закончилась (смеётся).

– Действительно в НХЛ такой зверский уровень?

– НХЛ и АХЛ – две разные лиги, они очень серьёзно отличаются. В АХЛ все играют проще. Больше беготни, ребята молодые, заряженные, в тело врезаются. В НХЛ все играют грамотнее. Игроки повзрослее, все делают свою работу, просто каждый на своём месте. Нет такого сумбура, как в АХЛ.

– Какие ощущения от игры с клубом НХЛ? Всё-таки лучшая лига мира.

– Естественно, было волнение, как у любого человека. От этого никуда не деться, но оно уходит с первым потом, с первыми бросками. Потом просто играешь и всё. Там ничем не отличаются люди от игроков КХЛ и ВХЛ. У них тоже две руки, две ноги, два глаза. Да, они заслужили играть там, но они ничем не отличаются от остальных. Это те же самые люди, поэтому у каждого есть шанс там играть.

– Разговоров не было, что шанс дадут, надо просто потерпеть?

– Чаще всего руководство просто проверяет тебя в фарм-клубе психологически, сможешь ты выдержать или нет. Готов ли ты оставаться в команде, если не получаешь шанса. Нужен ты или просто психанёшь и уедешь. Трудно сказать, как тут лучше действовать, у каждого своя голова на плечах.

– Но вам ничего не говорили, не обещали? Просто – в АХЛ, и всё?

– У меня и с лигой Восточного побережья такое было. Ты приходишь на тренировку, тебе говорят – в Ист коуст. Просто потому что вратаря из НХЛ спустили в АХЛ, и ему нужна игровая практика. И я сам понимал, что нужно ехать и там доказывать, чем сидеть, к примеру, в АХЛ и не играть.

– Практика была всегда? Не приходилось сидеть на скамейке?

– Нет, даже в АХЛ, когда спускали Тэтчера Демко из основной команды, я играл. Потому что в сезоне 80 игр, вратарь столько не сыграет. Чаще всего было так: он две играет, ты играешь третью. В АХЛ обычно так – основной вратарь играет 2 - 3 игры, потом отдыхает. Это нужно, чтобы он подошёл в хорошей форме к плей-офф, и восстанавливался нормально и адекватно. Потому что когда идёт большая нагрузка и много игр без перерыва, большая вероятность получить травму.


«В АМЕРИКЕ ОТ ВРАТАРЕЙ ТРЕБУЮТ, ЧТОБЫ ОНИ ИГРАЛИ КЛЮШКОЙ»

– Как вы готовились летом к сезону?

– Самостоятельно. У меня индивидуальная программа, рассчитанная только под меня. Ведь никто, кроме меня, не знает мой организм лучше. Мы общаемся с тренером, я рассказываю о своих минусах, над которыми нужно поработать. Делаем план на каждую неделю и поэтапно его выполняем.

– Больше ледовой технической подготовки или физики?

– Летом я закладываю, прежде всего, физику – велосипеды, тренажёрный зал. Кроссы бегаю мало, стараюсь заменять их велосипедом, это полезнее для суставов. Потом начинаю работать на льду и совмещаю две тренировки: утром земля, после – занятие на льду.

– Сейчас нападающие в НХЛ стали приезжать во вратарские лагеря, чтобы учиться играть против них.

– Я о таком не слышал. В каждой команде перед матчем разбирают игру вратарей, и, если ты играешь в лиге, уже будешь знать сильные и слабые стороны того или иного вратаря.

– Вы, когда смотрите игровой момент, следите за действиями нападающих?

– Чаще всего я смотрю за игрой вратарей. Не что делает нападающий в данной ситуации, а как работает вратарь. В каждом видео ты можешь почерпнуть для себя что-то полезное. Точно так же можешь увидеть, где вратарь сыграл плохо, чтобы постараться не повторить его ошибки.

– Вам кто из вратарей нравится?

– Много вратарей хороших. Все вратари, которые играют в НХЛ – это топ-вратари мира. Стараюсь следить за всеми и брать полезные вещи у каждого.

– У всех же разные стили…

– Это естественно, поэтому беру у каждого по чуть-чуть, что мне нужно для моего стиля. Чтобы не стать зацикленным на каком-то одном.

– Можете сказать, где у вас сильные и слабые стороны?

– Это надо спросить у тренера, он знает больше.

– Но вы же общаетесь? Знаете, где слабые места, которые надо подтянуть...

– Это секрет. У меня нет слабых мест (смеётся).

– Многие отмечают, что у вратари в России не так хорошо играют клюшкой, как их коллеги в Америке.

– Это правда, я сам ощутил это на себе. К примеру, в Америке, когда шайба идёт по треку, ты обязательно должен её остановить и отдать передачу. Защитник очень редко подбирает её сам. Они открываются, и ты уже сам отдаёшь им передачу. В России это меньше практикуется. Возможно, хоккей другой, потому что площадки другие. К примеру, в минском «Динамо» новый тренер Крэйг Вудкрофт требовал от вратарей, чтобы они играли клюшкой. Я знаю этого тренера, работал с ним до этого. С одним из его братьев я работал на кэмпе в Калифорнии. В принципе, у них всех одна и та же методика.


«НЕФТЯНИК» – ХОРОШИЙ ВАРИАНТ, ЧТОБЫ РАСТИ И РАЗВИВАТЬСЯ»

– После переезда из Америки в Россию чувствуется, что здесь другая жизнь?

– Конечно, чувствуется. Разница колоссальная, но человек такое существо, что привыкает ко всему. Поэтому пару дней адаптации, и ты уже к этому привык.

– Если сравнить условия в «Нефтянике» и командах АХЛ, где вы играли, он сопоставим?

– Как я понял за недолгий срок нахождения в команде, «Нефтяник» – это серьёзная организация в ВХЛ. Сравнивать с АХЛ было бы нелогично, потому что там совсем другой уровень и другие бюджеты команд.

– Как решились на возвращение из Америки?

– Просто такая жизненная ситуация сложилась.

– Контракт не предлагали?

– Мне трудно сказать, потому что я не разговаривал с командами и не знаю, о чём договаривался агент. Якобы должен был быть контракт, но что-то не сложилось.

– Сразу решили попробовать пробиться в минское «Динамо»?

– В начале апреля я вернулся в Беларусь. Занимался с тренером и, пока ждал варианты из Америки, договорились с «Динамо», что буду тренироваться с ними. Конечно, мы подписали просмотровый контракт, но договорились, что, если у меня появятся предложения из Америки, я уеду. Я благодарен директору клуба Дмитрию Юрьевичу Баскову, который помог мне с этим.

– А клуб не хотел вас оставить?

– Вроде были такие разговоры, и был такой шанс. Но, поговорив с Басковым, мы пришли к выводу, что нет необходимости оставаться в «Динамо». У них уже была вратарская бригада, и шансов сыграть вратарю-белорусу, к тому же молодому, было мало. Ставка в клубе делается на легионеров, это их решение. Оставаться и просто сидеть на скамейке не хотелось, хотелось играть и выигрывать. Сидеть целый сезон на лавочке – это не для меня.

– У «Динамо» не первый сезон проблемы в КХЛ. Что происходит с белорусским хоккеем? На последнем чемпионате мира они вылетели из элиты...

– Да, я тогда играл (смеётся). Мне трудно сказать, что происходит. Не знаю, как вам такое объяснить.

– Раньше в Беларуси появлялись сильные игроки, которые играли в НХЛ и сейчас ещё играют в КХЛ. Новых молодых почти нет.

– В том году в АХЛ играло два человека – я и Егор Шарангович. В этом сезоне три или два. Есть какой-то прогресс, продвижение. Я думаю, всё наладится.

– Ощущение, что из Беларуси все уезжают в Америку.

– Я думаю, это правильно. У каждого человека есть своя цель, каждый преследует её. Если игрок посчитал нужным съездить и проверить свои силы за океаном, почему нет. Зачем молодому игроку сидеть в том же Минске, ждать свой шанс, когда его просто не дадут. И ты просто два своих года потеряешь впустую, когда можешь поехать в юниорскую лигу Америки. И развиваться, играя за сезон 80 игр. Когда ты ноль сыграешь в «Динамо», сидя на скамейке.

– Но ведь «Динамо» – базовый клуб сборной, в котором они наигрывают состав на чемпионат мира.

– Без комментариев. Следующий вопрос (смеётся).

– В одном из интервью вы говорили, что был вариант заключить контракт с клубом КХЛ на два года...

– Да, кстати, этот вариант был день-в-день с предложением «Нефтяника». Надо было решать, либо оставаться в Альметьевске, либо ехать туда.


– Почему выбрали ВХЛ?

– Во-первых, там всё равно был бы двусторонний контракт. Был стопроцентный шанс играть в КХЛ, я в этом уверен. Но если бы я подписал контракт, мои права в КХЛ автоматически остались бы за этим клубом. В данный момент у меня контракт с «Нефтяником», и я не принадлежу ни одной команде КХЛ, потому что я не задрафтован. Это огромный плюс.

Во-вторых, когда у тебя два хороших предложения, нужно думать не о финансах. В КХЛ, может быть, было и больше по деньгам. Это не столь важно, главное – чтобы тебе было комфортно находиться в этой команде и коллективе. Для меня это важно в первую очередь. Когда я играл в «Кливленде», я понял, что лучше находиться в хорошей команде, хорошем коллективе и организации. Тогда тебе будет приятнее играть, и ты будешь приходить на работу с удовольствием. Чем ты будешь зарабатывать больше и не будешь получать удовольствия от игры, и улыбки у тебя не будет.

– Не совсем понятно.

– Если ты будешь зарабатывать много… К примеру, та же ситуация, которая сейчас происходит с Сергеем Бобровским. Я не знаю, что у него творится в душе, но могу понять его как вратарь, как коллега. Ему сейчас психологически тяжело. У него огромный контракт, и он под большим прессом, оттого что команда не играет и он выступает не очень. Все думают, что он много зарабатывает и хорошо живёт – у него всё спокойно. На самом деле любой человек переживает и волнуется из-за неудач.

– Предложение «Нефтяника» было выгодным?

– Хорошим. В «Нефтянике» лучшие условия в ВХЛ, говорят, что где-то приближаются к клубам КХЛ. Кроме того, перед клубом стоит задача стать чемпионом. Это тоже важно. Я ещё молод, должен набираться опыта, а для этого нужна игровая практика. Думаю, «Нефтяник» для меня хороший вариант. Здесь я смогу развиваться и идти вперёд.

ДОСЬЕ «БИЗНЕС Online»
Иван КУЛЬБАКОВ
Дата рождения: 18 сентября 1996 года
Место рождения: Гомель, Беларусь
Карьера: «Гомель-2» – 2012 - 2016; «Гомель» – 2014/15; «Янгстаун Фантомс» (ECHL) – 2016/17; «Кливленд Монстерс» (АХЛ) – 2017/18; «Куад Сити Маллардс» (ECHL) – 2017/18; «Ютика Кометс» (АХЛ) – 2018/19; «Каламазу Уингз» – 2018/19; «Нефтяник» (Альметьевск) – с сезона 2019/20.
В пяти играх ВХЛ за «Нефтяник» одержал четыре победы, пропустив семь шайб.

Играл за юниорскую и молодёжную сборные Беларуси. В сезоне 2017/18 выступал за национальную команду на чемпионате мира.

Александр Приндин,

спортивная редакция БизнесOnline

Последние новости

ВКонтакте

Instagram

Чемпионат ВХЛ

Партнеры Париматч Чемпионата МХЛ сезона 2019/2020

Официальный партнерОфициальный партнерПартнерПоставщик